гёэн ноги

О дружбе и японцах. Часть 1.

Меня часто спрашивают, есть ли у меня японские друзья.
Пару-тройку лет назад я бы ответила твёрдое нет.

Мой ближайший круг общения тогда ограничивался русскими, украинцами, казахами и таджиками.
Университет принимал много студентов из стран бывшего Союза. Мы говорили на одном языке, у нас была одна культурная прошивка.

Больше всего я дружила с М. Мы сошлись в мою первую цукубскую* зиму. На улице было холодно, на сердце тоже. Надо было, чтобы кто-то отогрел.

М кипятила чайник, М пекла блины, М варила глинтвейн и торжественно вручала мне с порога пару шерстяных носков, чтобы я не отморозила пятки**.

Мы проводили вместе чуть ли не каждый вечер. Я даже переехала в её дом, в соседнюю квартирку, чтобы не трястить по ночам на велосипеде два километра туда и два обратно.

Мы делились друг с другом всем: косметикой, едой, мыслями.
М была готова отдать мне последнюю копейку.
Я ей тоже.

Друг познаётся в беде, так ведь?
Бед и бедок нам хватало, непутёвые были обе.

Стипендию мы спускали за пару-тройку недель, а оставшиеся дни как-то перебивались, выискивая мелочь по карманам и углам. М закупалась про запас крупами, а я делала заначки в пальто.

А ещё у нас была традиция. Каждое воскресенье мы ходили на станцию, брали пончики в "Данкин донатс" и съедали их в парке.

Однажды, как на зло, в воскресенье, мы обнаружили, что в кошельке ни иены. День до стипендии. М сидела грустная, выпрямляла волосы утюжком.

- А нам никто денег не должен? - спросила М c надеждой.
- Нет. И мы, к счастью, тоже никому. Может, попросим у Н или у А?
- На пончики? - М начала заливисто хохотать.

Я ещё раз проверила все карманы и углы, чемодан и шкаф, даже засунула руку в резиновые сапоги и угги - вдруг завалилось.

Последнюю сигарету мы выкурили пополам. До стипендии оставалось часов 12. Её обычно переводили в полночь.

- Пошли хоть пройдёмся.

По дороге нам встретилась наша общая знакомая, тоже из России. Она проезжала мимо на велосипеде, радостная и счастливая - ещё бы, светило солнце, пели птички, до экзаменов было далеко.
А, ни секунды не думая, одолжила нам 500 иен.

Мы купили пончики. Это были самые вкусные пончики в моей жизни.
Мы с М до сих пор иногда вспоминаем тот день.

М была не просто подружкой. М была товарищем. М была bestie.

Бывало, мы ссорились и не общались неделями. А потом ржали друг над другом.
У нас всё было по-настоящему. И слёзы, и смех, и ругань.

- Наверное, я херовый друг, - говорила я ей, когда приходила мириться.
М меня обнимала, включала чайник и доставала из заначки печеньки.

Я могла звонить М в любое время. И она мне.

- Меня мучают кошмары. Мне страшно. Поспишь у меня?
Я хватала бутылку чего-нибудь и шла к М.

Не то чтобы мы избегали японцев. Нет.
Вокруг нас вечно крутились какие-то японцы, обзывавшие нас томодачами***.

Мы ходили с ними пить кофе, ходили вместе в бары, выбирались на пикники и барбекю.

А еще мы c М иногда устраивали вечеринки, на которые заваливались толпы народа.
Японцы в том числе.

- Ну что, кого позовём? - спрашивала М.
- Зови всех и пусть ещё своих друзей берут.
Было так весело, что соседи пару раз вызывали полицию.

Японцы и правда дружили с нами, только по-своему.
Дружили час в "Старбаксе", пару часов в "Прогрессе"**** и еще тройку часов, пока мы карабкались вверх по глиняным склонам горы Цукуба.

Когда пришло время покинуть родную институтскую деревеньку, жизнь показала, кто был настоящим другом, а кто массовкой.
- Будешь переезжать, обязательно скажи, я помогу. Могу даже машину взять, чтоб ты сама вещи не тащила, - с энтузиазмом вызвался один японский дружочек.
- Да ладно, спасибо, не надо. Не хочу доставлять неудобства.
- Да мне правда не в лом. Я с радостью!
- Точно?
- Конечно, мы ведь томодачи.

Прошла пара недель, звоню ему.
- Я буду переезжать через неделю. Можешь помочь?
- А в какой день?
- Хотела бы во вторник.
- Я бы с радостью, но у меня работа.
- Может, тогда поможешь крупные вещи в субботу или воскресенье перевезти? А остальное я тогда сама дотащу.
- Я бы с радостью, но у меня уже планы.
Планы были у всех томодачей. У М тоже были планы. Но М почему-то свои планы подвинула.

- Ничего, Настька, сами справимся. Чего с них взять? Японцы! - М плеснула мне в стакан винчика, пока я ругалась. - Помнишь, когда я переезжала, они тоже слились.

Забыть я это не могла, как ни пыталась. Мы с М вдвоём тащили по лестнице её холодильник. Два этажа вниз. Километр на тележке.
- Ща как похудеем, - М не унывала.

А потом мы тащили и мой холодильник.
- Ща накачаем ягодичную, а они так и останутся плоскопопыми.

М никогда не спрашивала, есть ли у меня друзья-японцы.
Я её тоже.
Ответ был очевиден.

Томодачи - это ещё не друзья, поняли мы, пока несли барахло в сумках челнока, по
пятнадцать кило в каждой руке.

За пять лет на островах М окончательно разочаровалась в японцах и свалила отсюда, сбросив балласт томодачей.

Теперь она счастлива. Теперь у неё много новых друзей.

* Цукуба - город в префектуре Ибараки, в 60 км к северо-востоку от Токио
** В Японии нет центрального отопления
*** Томодачи - друг по-японски
**** Бар в Цукубе

"За пять лет на островах М окончательно разочаровалась в японцах и свалила отсюда, сбросив балласт томодачей".

Оооууу...

Томодачи - буду знать, не слышала этого слова доселе. :Р
Запомнить легко, звучит почти как "тамагочи" и так же быстро испаряется
Вы свои посты сохраняйте где-нибудь в папочке, потом на хорошую книгу наберётся.:)
Вы хорошо пишете)) Пишите еще, действительно, рассказов на книгу со временем наберется!))