vesper_canary (vesper_canary) wrote,
vesper_canary
vesper_canary

Categories:

О дружбе и японцах. Часть 3.

Сижу дома на диване. Мягонько. Это вам не на татами сидеть, сложив лапки уточкой. Смотрю в окно. На ветру раскачиваются березы, вороны вьют гнезда, кружится легкий апрельский снежок. Весна а-ля рус беспощадна, а у Достоевского чуства юмора не отнимать - томик "Братьев Карамазовых" лежит на столе, распахнутый где-то посередине. Слева - чайник иван-чая и горка мятных пряников (я соскучилась по родине, уж простите за клюкву), справа - айфон. Телефон жужжит. Что-то пришло. Я прихожу в себя после полного погружения в мир большой и страшной японской корпорации, чернющего предприятия, куда я надевала лишь черное - надевала 711 дней, пока однажды не скинула допотопный костюмчик, словно чешую. Пролетев над заснеженной Сибирью и вдохнув морозный подмосковный воздух, я возродилась из пепла. Поначалу щипало ноздри, но после пары бутылок Абрау и домашних пирогов отпустило.

"Когда возвращаешься? В мае в баре <> будет юбилейная вечеринка. Мы же пойдем, да? Я взяла пригласительное."

Это не М. М на другом континенте.
Это Ю-чан. Моя японская подружка.



Нет, я не сплю и игристое я сегодня не пила.

Я сама удивляюсь - у меня есть японская подружка.

Как так вышло? Да как-то само собой.

Наполнив сотни бокалов пивом и виски, выслушав десятки историй, я смирилась с мыслью, что дружить японцы не умеют. Еще пару лет назад мне казалось, что в моей записной книжке никогда не заведутся настоящие томодачи*. Такие, которым можно написать глубоко за полночь, да еще и ответ получить. Или пуще того - такие, которые сами напишут, когда фонари уже не светят, а бездомные коты сливаются с асфальтом.

Два года назад я переехала в Токио. Старый друг лучше новых двух - эту мудрость я впитала если уж не с молоком матери, то с компотом из школьной столовой. В cтолице у меня тоже были русские друзья, проверенные временем. Были, да. Да как-то попропадали с радаров. Мы меняемся, други тоже. Обижаться глупо - особенно на себя.

Как-то я шла домой после работы. Поздний вечер. Токийское лето. Жарко. Душно. Хочется выпить. А написать некому. Вернее есть кому, но они далеко. Пока прочитают, пока приедут - уйдет последняя электричка.

Тридцать часов переработок. Или уже сорок? Заливаю потом костюмчик из "Юникло". И правда, лучше снять. По щекам текут слезы. Меня в очередной раз на пустом месте засрал тим-лидер. Шла к принтеру, а стул к столу не пододвинула. Устроил дикий ор. Все видели. Стыд и позор. Надоело. А кому пожаловаться? Начальнику? Не прокатит. Тот воспылал ко мне любовью, слишком большой и слишком страстной. Харассмент? Ага. Накатать на него заяву? А вдруг уволят? А куда пойти? К кому обратиться, чтобы не уволили?

А где меня ждут?

Нигде.

Наверное, в жизни каждого гайдзина** наступает момент, когда тебя трясет от спазмов одиночества. Ты один. А всем плевать. Или все другие тоже торчат в офисе до поздней ночи, а их офис - в другом районе Токио и ехать туда не с руки. Да и навязываться не охота. Самой от себя противно. Такая мямля. Такая тряпка. Фу такой быть. А слезы все текут и текут. И не думают останавливаться. Даже если выпить "Афобазола". Против черных предприятий*** пилюльки бессильны.

Поначалу я пыталась говорить об извращенце-начальнике и тим-лидере-психе с русскими друзьями, но они не понимали, как это вообще можно терпеть. Только я начинала плакаться, как получала в лоб:

- А чего не уволишься?

Уволиться в никуда я не могла. Еще вчера я была бедной студенткой, собирающей мелочь на воскресные пончики по углам своей крохотной квартирки. Да и подработка могла помочь разве что с текущими нуждами. На пуховую подушку безопасности под сколиозную спинку я не заработала. Уволиться и вернуться домой с воображаемым разбитым корытом за пазухой - это еще больший позор, чем быть отчитанной за допотопное кресло на виду у пары сотен человек. Лучше терпеть. Молча.

В какой-то момент я перестала говорить о работе с русскими друзьями. Имидж унылой какашки легко создать, но гораздо сложнее от него потом отмыться. Ну его. Постепенно я начала понимать Танака-сана, праздновавшего День рождения в одиночестве. Он продержался на нелюбимой работе 8 лет. Уволился, кстати, и круто поменял сферу деятельности: из химпрома ушел в организацию свадеб.

И вот я иду по вечернему Токио и думаю, куда податься, чтобы не сидеть дома одной со своими грустными мыслишками.

Где всегда рады тем, у кого никого нет? В сектах, ИГИЛе и темных сайтамских подворотнях. А еще? Напрягай голову. Думай-думай.

Куда ходят те, кому больше некуда пойти? Куда ходил несчастный Танака-сан?

В бар. Он шел в бар, усаживался на высокий стул, заказывал виски с содовой и смотрел грустными глазами сквозь ряды бутылок.

А вдруг и мне поможет? Танака-сану ведь помогало.

Так я оказалась по другую сторону стойки в чьей-то лавке советов.

- О гэнки дэсу ка?**** - слышала я с порога.

Бармены ни разу не спросили:
- А чего не уволишься?

Нет. Они делали понимающее лицо. Я тоже такое делала, когда пыталась вытащить из депрессухи Танака-сана.

Признаюсь, я не успела дойти до самого днища. В лавку советов я наведывалась от силы пару раз в месяц, чисто в терапевтических целях.

Иногда я виделась со старыми друзьями, но нечасто: у каждого свои проблемы, у каждого плотный график. Да и игра в одни ворота с друзьями не прокатит: надо не только плакаться в чужую жилетку, но и подставлять свою.

Как-то в сентябре прошлого года я предприняла отчаянную попытку вызвонить старую команду. Не срослось. Я бы, наверное, осталась дома жалеть себя, но та ночь была особенная. Надо было выйти из сумрака салариманского одиночества на освещенные неоном улочки города, который я когда-то любила. Через не хочу и через не буду.

Раз в год в Токио (да и в Москве тоже) проводят Фэшн Найт Аут (ночь моды на улицах): разные мероприятия, пре-пати и афтер-пати в бутиках. Даже если не планируешь покупать ничего ненужного, все равно весело. Смотришь на красивую жизнь и забываешь о своей - блеклой и унылой, как кожура авокадо.

Нагулявшись по Омотэсандо*****, я присела за стойку в лавке советов.

Незваных кавалеров я обычно отшиваю быстро. У меня на лице написана вся боль офисных воинов. А тут ко мне подошла девушка и встала рядом.

- Какой прекрасный день! - сказала она, поднимая бокал пива. - Кампай! А я вот сегодня наконец-то увидела Ёдзи Ямамото******. И купила пиджак. Как тебе?

Пиджак и правда был классный. На фоне Ёдзи мы и сошлись. Разговорились. Обменялись "лайном"*******. Я думала, на этом наше общение закончится - так часто бывает, считал штрих-код, сказал до скорого и пропал. Я тоже так делала и не раз.

Ю-чан не пропала. В следующую субботу мы пошли на "дзёсикай", девчачьи посиделки. Есть в Японии такая тема. Специальный план в ресторанах для девочек. Было весело.

Она тоже ходила в лавку советов одна. А потом мы начали ходить туда вместе. И да, Ю-чан иногда пишет мне в ночи. А бывает, пишет после работы или я пишу ей, потому что знаю, что она не сольется. Еще ни разу она не сказала, что поздно или что она слишком устала, или что у нее дома куча стирки и непылесошенные полы.

От соотечественников я часто слышу, что японцы поверхностные и говорить могут разве что о еде и путешествиях. Не все. С Ю-чан о чем мы только не говорим: и о девчачьем, и о сердечном, и о работе, и о котировках акций. Только о Путине разве что не говорим. К счастью.

В каждой стране есть разные люди. Порой, чтобы найти своих, уходит не день и не два. И даже не год.

В четвертой части - о том, почему нам сложно сразу свести мосты с японцами.

Пысы. С черного предприятия я все же уволилась.

* Друг (яп.)
** Иностранец (яп.)
*** Черные предприятия - компании, где условия труда оставляют желать лучшего. Выходные не дают, переработок много, а начальство издевается над подчиненными, как только хочет.
**** Как дела? (яп.)
***** Район в Токио
****** Японский дизайнер
******* Популярный в Японии мессенджер
Tags: Япония, личное, межкультурные коммуникации, общество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments