гёэн ноги

Лампочки, что ли, поменяли?

Жара и не думает отступать. Хочется положить голову на рабочий стол, закрыть глаза и представить, что прохладный ветерок дует не из кондиционера, а с моря, а вокруг не техника жужжит, а волны ударяют о берег.  Некстати нарисовались переговоры, да еще и в Синдзюку, в той самой башне, где продолжает глумиться над первогодками громила Сайто.

- Погнали! -- говорит М, новый коллега, берет пиджак со спинки кресла и вздыхает так громко, будто безысходность передавила ему горло. -- Сегодня без машины, на метро.



Только бы не опасть на полпути, думаю, или того хуже, на подступах к твердыне, на мраморном полу ее атриума, где открываются и закрываются двери просторных прозрачных лифтов.

Проносимся сквозь завесу жара, запрыгиваем в вагон и переглядываемся: cвободны только места для инвалидов. Вообще-то так нельзя, но калек вокруг нет, поэтому я делаю шаг в сторону синих кресел и плюхаюсь на мягкую обивку. Заговорщически улыбаясь, М садится рядом. 

Тишину нарушает лишь скрип колес по рельсам. Я в последнее время много молчу и много думаю. И тишина на меня вообще не давит. Раньше я могла разговорить кого угодно -- мне казалось непременно важным кого бы то ни было разговорить. А теперь нет сил, а без сил и желания не возникает раскручивать клубок смол-толка. Птица-говорун улетел на зимовку. Вернется ли? Хм.

Мы молчим. Мне более чем комфортно. Я рассматриваю синие сидушки напротив и фиолетовые слева. Синий -- мой любимый цвет. У меня есть синее кресло, синие шторы, синие наволочки, синяя сумка, синие туфли, синяя тарелка, синий тумблер и синий свитер. А фиолетового мало. Только простыня, точь-в-точь такого же цвета, как сидушки слева. Где-то читала, что фиолетовый развивает фантазию и настраивает на творческий лад. Может, прикупить фиолетового? Фиолетовую напольную вазу? Или коврик в ванную? Фиолетовые туфли? А вообще почему в токийском метро такие чистые сидушки? Как часто они их моют? Чем они их моют? Почему места для инвалидов на этой ветке метро синие, а на другой -- оранжевые? Цвет обычных сидушек подбирают под цвет линии, а сидушки для инвалидов? Сидит какой-нибудь Танака-сан, щупленький любитель аниме и мелон-пана, над сложной задачей. Поручили ему выбрать цвет сидушек для инвалидов. Его начальник, пухлый, мучающийся одышкой Исимура-сан, решил, что раз Танака идеально сочетает галстук и носовой платок, значит, есть у парниши вкус, есть чувство прекрасного. Танака склонился над цветовой палитрой, над обрезками обивки, прикладыет синий к фиолетовому, а зеленый к оранжевому, поджимая губы и морща лоб. Может, он читал работы по цветопсихологии? Но почему все-таки синий? Почему именно этот оттенок? Что он почувствовал, когда увидел вагон вживую? Ему больше понравилось сидеть на синих или фиолетовых креслах? А что сказала ему мама? Это же так важно! Цвет обивки!

- Что обычно делаешь на выходных? - М нарушил тишину.

Меня перевели к ним в отдел месяц назад. Мы особо не общались. Перевод был неожиданным, навалилась куча дел, мозги замкнуло на цифрах и задачах, вот птица-говорун и улетел.

- В последнее время ничего. Дома сижу.
- Правильно! По жаре такой никуда ходить не охота.
- Это точно!
- А дома что делаешь? Книжки читаешь?

Признаться,  у меня и правда случился литературный запой. Я глотаю книги одну за другой, пытаясь утолить культурный голод --  последние несколько лет времени читать не было в принципе, а по жаре случай представился.

- Ага! А ты? Читаешь книги?

Была уверена, что покачает головой. Современные японцы мало читают. Разве что мангу и нон-фикшн. Такое впечатление сложилось.

- Читаю, -- широко улыбаясь, ответил М и начал с энтузиазмом рассказывать о любимых авторах и произведениях.
Он открывал странички на "Википедии", показывал обложки на "Амазоне", расхваливал сюжеты.

Многие книги не переведены не то что на русский, но даже на английский. Как мало мы все-таки знаем о японцах! Почти вся классика переведена, современные авторы тоже, а те, что творили в середине 20 века, за границей почти не известны.

Когда поезд подъехал к Синдзюку, мы трещали, будто знакомы вечность. Я напрочь забыла о сидушках.

В Башню вошли не с парадного входа, а со стороны курилки.

- Как здесь стало светло! Лампочки, что ли, поменяли? -- я озиралась по сторонам, как турист в музее.
- А раньше было темно?
- Ага.

М рассмеялся. Я тоже.


Прекрасные у вас рассказы про Японию))